Леушино



Леушино
Леушинский монастырь
Леушинское подворье

Восстановление Иоанновского монастыря

Рассказ игумении Георгии на Леушинском подворье

Игумения Георгия (Щукина) на Леушинском Подворье
21 февраля 2003 г. храм Леушинского подворья посетила Игумения Георгия, настоятельница Горненского монастыря в Иерусалиме. Первой ее фразой стали слова: «Записки Игумении Таисии - моя настольная книга». Увидев восстанавливающийся храм Леушинского подворья, она сказала: «Все точно также как у нас было, когда мы начинали в Иоанновском монастыре». Слушая рассказ настоятеля о Леушинском подворье, матушка постоянно вспоминала об Иоанновском монастыре. На память о посещении матушке Георгии была подарена икона Леушинской Божией Матери «Аз есмь с вами, и никтоже на вы», которая будет находиться в Горненской обители.

Когда вошли мы – Господи! Везде такая была мерзость запустения. Храма буквально не было, был сарай. Одна перегородка сразу у входа, на амвоне – вторая. Ниже маленький храм Иоанна Рыльского: стекол нет, ничего нет, каплет со всех окон, голуби, и по углам уже на 40 см просто грязь.

Спаси Господи отца Владимира Сорокина. Он тогда был ректором и семинаристов давал в помощники – в утреннюю и вечернюю смену. Ребята снимали все эти перегородки и сразу их вывозили. А потом еще на 40 человек он же давал обед, потому что негде было там даже лечь, не то что готовить еду.

Уже потом одну комнату, мы освободили, газовую плиту привезли, и там уже стали для рабочих готовить, потому что кроме семинаристов еще рабочие были и сестры из Пюхтиц. Надо было все быстро-быстро-быстро делать. Ни кроватей, ничего, даже накрыться было нечем. В усыпальнице были батареи, и парты там стояли. Вот там прямо на полу и на партах и спали все, кто приезжал.

В начале, как нам передали Иоанновский монастырь под подворье, вспоминаю даже сейчас, такой был подъем! Меня все просили: ”Мать Георгия, попросите матушку, чтобы она хотя бы на недельку или на месяц, хотя бы по очереди отпускала потрудиться и пожить у Дорогого Батюшки.” Все рвались, ну а мы так и делали – по очереди посылали сестер. В храме сняли линолеум, доски. Думали, что это пол, а потом одну дырку нашли, другую, а оттуда мусор какой-то, грязь. Копнули – а это, оказывается только насыпь была. Стали ее срывать, убирать понемногу. Я тогда звонила знакомым, говорила: “Несите ведра, тряпочки, чтобы убирать.” Вот бабульки – кто в фартуках, кто на тряпках – и выносили это. Несколько самосвалов увезли тогда мусора.

Когда все размели, вымыли пол, там оказалась старинная кафельная мозаика, что есть сейчас в храме. Благодаря этой насыпи она сохранилась. Когда Святейший увидел ее, сказал: “Мать Георгия, никаких ковров, ничего не стелите. Ну, дорожка только к алтарю, и все”. Колонны мраморные четыре тоже тогда отмыли.

Первым делом я сразу попросила Святейшего, чтобы совершалась Литургия. Это – самое главное. “Потом, - говорила, - и народ пойдет.”

И к Батюшке ходили днем и ночью, всегда. Сначала еще не знали, где его могила. Думали, что там, где на стене крестик был с Карповки прямо на монастыре, на окошечке. Я поставила у этой стены внутри его портрет, лампадочку, цветочки, коврик постелила. Мы там как утром придем – помолимся: “Батюшка, благослови, помоги”, и все. А когда вынесли все парты, сняли все перегородки, стало возможно и Батюшкину могилку найти. Когда линолеум отодрали, обнаружилось место – просто забетонировано было, а с левой стороны, стерто немножечко. Ведь тысячи, тысячи прикладывались. Я сразу Святейшему позвонила. “Ваше Святейшество, нашли Батюшкино место захоронения.” Он удивился: “Разве не там, где окошечко?”...

Такой был подъем, такой дух, такая радость была.
см. также:
100 лет Иоанновскому монастырю. Значение Игумении Таисии в основании Иоанновской обители