Леушино



Леушино
Леушинская газета

Левашевская пустошь - Петербургская Голгофа 1930-х годов
История тайного могильника НКВД близ пос.Левашево

В год 20-летнего юбилея Октябрьской революции, 2 июля 1937 г. политбюро ЦК приняло решение о широкомасштабной «операции по репрессированию». По плану, утвержденному для Ленобласти, тройка УНКВД должна была осудить в течение четырех месяцев «по I категории» - к расстрелу 4000 человек, а «по II категории» - к заключению в лагеря 10000. Тогда в стране развернулась операция против «шпионов и диверсантов». Был также принят приказ о репрессировании «жен изменников Родины» и их детей. С 5 августа 1937 года началось выполнение этого поистине дьявольского плана. Арестовывали прежде всего по спискам неблагонадежных, по доносам, а также по анкетным данным. По графе социального происхождения мог быть арестован любой священник и монашествующий. Осуждали на основании подложных протоколов допросов, изощренные пытки стали нормой следствия.

К декабрю 1937 г. все планы на аресты и расстрелы были выполнены и перевыполнены. Согласно официальным данным в Ленинграде в 1937 г. было тайно расстреляны 18719 граждан,в 1938-м - 20769. Приговоры приводили в исполнение сотрудники комендатуры УНКВД. Вскоре для захоронения небывалого количества убиенных потребовался новый могильник близ Ленинграда. Для этой цели был избран участок мелколесья Парголовского лесхоза у поселка Левашево, тут же обнесенный высоким глухим забором. Через полгода он был окончательно передан в ведение НКВД. По имеющимся данным тела казненных привозили сюда на спецтранспорте с 1937 по 1954 гг. Расстрелы частично производились в самом Левашево. За это время, согласно актам, было убито 46771 человек, среди которых сотни и сотни представителей православного духовенства, в том числе известный ученый и священник Павел Флоренский. Здесь же нашел свою мученическую кончину и последний священник Леушинского подворья отец Феодор Окунев.

Кладбище оставалось засекреченным до 1989 г. До сих пор сохранились караульное помещение и хояйственные постройки. В том же 1989 г. правительство города приняло решение признать Левашевское захоронение Мемориальным кладбищем. В центре его был установлен памятный камень с православным восьмиконечным Крестом, открыт музей жертв политических репрессий. 21 октября была отслужена первая панихида. Так могильник НКВД в конце ХХ в. стал олицетворением Петербургской Голгофы.

Дважды в году оживает Левашевская пустошь: 30 октября- в «День жертв политических репрессий» и в День памяти Новомучеников Российских. В первый день больше звучат речи, во второй - молитвы. 10 февраля с.г. несколько прихожан Леушинского подворья впервые посетили эту Петербургскую Голгофу, и почтили память Российских Новомучеников, в том числе о.Феодора Окунева, погребенного здесь.

Мы давно собирались помолиться на земле, упокоившей нашего последнего настоятеля, но из-за множества дел все откладывали. Ситуацию из «равновесия» вывела писательница Анна Ильинская, побывавшая на Леушинском подворье и спросившая, нельзя ли помянуть ее прадеда - расстрелянного священника Иоанне, погребенного в Левашево... Страшно было переступать врата этого кладбища, за глухим забором которого покоится множество человеческих трагедий. При входе срублена колокольня о четырех столбах, единственный колокол на ней звонит о памяти 46 тысяч невинноубиенных. Каждый может ударить в него. (Слава Богу, что не зажгли здесь вечного огня!) Внешне обычный лесопарк, только множество символических крестов, памятных камней, табличек на деревьях, которые устанавливают родственники убиенных,- напоминают о трагедии. Между деревьями тянутся странные рвы - это просевшие от времени погребальные ямы, как будто рубцы на лице земли, беззвучно вопиющей к небу о невинно пролитой крови от Авеля до мучеников ХХ века. Обжигает чувство, что ты идешь по «земле крови».

В центре стоит большой гранитный камень с Православным Крестом и образом Спаса Нерукотворного- воистину «Спаса-на-крови». К вечеру потеплело и по стеклу иконы потекли струйки воды. Вспомнилось обетование Божие о том, что Он Сам некогда отрет всякую невинную слезу. Те, кого политическим языком называют «жертвами репрессий», в большинстве являются Христовыми мучениками,- жертвами совсем в другом смысле. Это «жертва Богу», имеющая силу спасти мир. Для православного человека этот «мемориал»- земля святая, хранящая мощи многих святых мучеников. Этот клочок земли представляет собой ни что иное как огромный мощевик Земли Русской. После панихиды хотелось тут же отслужить молебен тем, кого только что поминал за упокой. Как бы здесь хотелось видеть храм Божий в честь Новомучеников Российских (как в Бутово под Москвой)! Как хотелось бы здесь послужить Божественную Литургию - на гробах мучеников, как древние христиане!

Протоиерей Геннадий Беловолов

см. также: